Верховный суд (ВС) принял к рассмотрению кассационную жалобу ФГУП «Крыловский государственный научный центр» на решение о взыскании неустойки в размере 90 млн руб. в пользу АО «Балтийский завод» (дело А56-119496/2023). Как следует из определения суда, между предприятиями был заключен договор на поставку систем электродвижения для ледоколов. По условиям контракта, заключенного в январе 2022 г., оборудование научным центром должно было быть поставлено до 31 мая 2022 г., но реальная поставка завершилась лишь в августе 2023 г. Балтийский завод посчитал просрочку нарушением обязательств и потребовал взыскать с поставщика свыше 600 млн руб. в виде неустоек и штрафов. Арбитражный суд Санкт-Петербурга частично удовлетворил требования, определив взыскать около 90 млн руб. неустойки и 700 000 руб. штрафа за неполный комплект документов.

Крыловский центр в кассационной и апелляционной жалобах ссылался на правительственный мораторий, утверждая, что просрочка поставки пришлась на период действия особых экономических мер (введены в марте 2022 г.), а значит, обязанность по уплате неустойки не может быть признана действительной. По мнению предприятия, обязательства по контракту возникли еще до введения моратория и должны подпадать под его защиту. Также поставщик настаивал, что заказчик неправомерно отказался от оплаты оборудования до получения полного комплекта документации – оборудование было принято без замечаний и, как считает заявитель, заказчик мог установить разумный срок для досылки недостающих документов, как это предусмотрено статьей.

Суды нижестоящих инстанций отклонили оба довода. Они указали, что, поскольку срок исполнения наступил уже после введения моратория, речь идет о так называемом текущем обязательстве, которое не подпадает под защиту антикризисных мер. Также суды признали обоснованным отказ заказчика от оплаты до получения всех предусмотренных договором документов.

ВС, в свою очередь, посчитал, что в деле все же есть правовая неопределенность: необходимо установить, влияет ли момент возникновения обязательства на возможность применения моратория и в каких случаях поставщик может использовать антикризисную норму как средство защиты от санкций по договору.

Мораторий не освобождает от ответственности за нарушения, допущенные уже после его введения, считает партнер коллегии адвокатов Pen & Paper Сергей Учитель. По его словам, если обязательство нарушено в период действия моратория, неустойка подлежит начислению в обычном порядке – на основании условий договора.

«Скорее всего, ВС придется вновь выходить за рамки своей задачи – не просто пересматривать правовую позицию, а фактически перепроверять, правильно ли нижестоящие суды установили момент возникновения обязательства и было ли заявлено об отказе от товара», – поясняет он. При этом, добавляет Учитель, общее право на приостановление исполнения своих обязательств не означает, что покупатель может пользоваться товаром, полученным без должной документации, и при этом не оплачивать его.

Правительственный мораторий – это лишь запрет на подачу заявлений о банкротстве и отдельные последствия неисполнения, напоминает управляющий партнер АБ Nordic Star Анна Заброцкая. Он не отменяет ни договорную, ни законную ответственность. По ее мнению, рассмотрение спора в ВС может стать поводом для выработки правовой позиции по применению моратория к неустойке по госконтрактам 2022–2023 гг., так как ранее таких разъяснений ВС прямо не давал. #неустойка